Все так: зеленое море в разрезе скал и спрятанный за ними город с крепостными руинами. Туристы весело, как на рекламном ролике, скользят мимо базара к прибрежной гальке – к зонтикам и лежакам.
Крым, место пересечения разных культур и народов, сегодня напоминает пороховую бочку. C политическими и религиозными проблемами полуострова тесно переплелись этнические, главная из них – православно-исламский диалог.
Полвека назад подобных коллизий не возникало вовсе. Татары вместе с греками, болгарами, турками, поляками и другими «чуждыми элементами» были выселены в края не столь отдаленные, а оставшиеся жители старались жить тихо, не высовываясь.
О жизни послевоенного Крыма написано немало. Однако статей, проливающих свет на духовную жизнь полуострова, крайне мало. К тому же до сих пор не изучены многие архивные материалы, и прежде всего – документы уполномоченных Совета по делам религиозных культов, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации. Знакомство с ними позволяет, например, сделать некоторые штрихи к картине иудейской жизни послевоенного Крыма.
Евреи Крыма по праву считались одной из самых значительных групп на полуострове. Дело было и в их численности – община объединяла 3000 человек, – и в высоком социальном статусе многих членов общества. Это врачи, учителя, юристы, директора предприятий, жены руководящих работников.
До революции в Таврической губернии проживало примерно 25000 евреев. В Симферополе находилось 4 синагоги, в Евпатории – 3. В каждом из этих городов одна принадлежала крымчакам. Имелись синагоги в Ялте, Керчи и некоторых других районах.
При советской власти последнюю синагогу в Крыму закрыли в 1938 г., а вновь открыли в 1946-м, в областном центре. Так получилось, что долгие годы она оставалась единственной на полуострове. Сюда приходили крымчаки (в Симферополе насчитывалось до 100 семейств), жители других городов и сел, отдыхающие. Ежедневно молитвенное собрание посещало человек 20-25.
Зато на праздники в синагоге яблоку негде было упасть. В 1947 г. в Йом-Кипур присутствовало больше тысячи человек. Кантор из Днепродзержинска Борис Герценштейн пел «с большим вдохновением. На женщин его пение подействовало настолько, что они с громким плачем, как бы ища в этом успокоение, продолжали молиться». На собрании «присутствовали и члены ВКП (б), из них: Зусман З. С., директор симферопольского Райпромкомбината, Гольдберг Д. Б., председатель артели “Красный прядильщик”».
«По договоренности община уплатила кантору 5000 руб. Для денежных сборов были оборудованы две копилки из коробок от пулеметных лент».
После столь вдохновенного пения уполномоченный Совета по делам религиозных культов посоветовал руководству больше не приглашать кантора. Это была только одна из его тишайших просьб. В рамках «ограничительной» политики, проводимой советской властью по отношению ко всем религиозным объединениям, он потребовал прекратить помощь бедным, не распространять пригласительные билеты на б-гослужение, не устанавливать радиорепродукторы и даже «не расширять молитвенных помещений за счет постройки в виде шалашей» (на праздник Суккот). В соответствии с общими установками Совета подходит он и к попыткам молитвенно почтить память погибших земляков.
6 августа 1946 г. была проведена панихида «по расстрелянным евреям с массовым выездом на место совершения расстрела, для этой цели были наняты 3 автомашины». Уполномоченный тут же поставил раввина в известность, «что эти действия являются нарушением». От евреев поступило два заявления. «В одном из них они ходатайствуют о разрешении установить памятник на месте расстрела. Во втором . – о разрешении совершать погребения по еврейскому обряду, для чего требуется 3 человека погребальщиков». Погребения Совет разрешил, а вот дать «добро» на социально значимую инициативу, какой являлось сооружение памятника, отказался. Памятник этот все же открыли, хотя и не скоро – 28 июня 1958 г., и он стал «боком» общине.
«Перед открытием памятника погибшим гражданам от руки фашистских палачей председатель совета синагоги Франклах и председатель ревкомиссии Мостовой из кассы синагоги пожертвовали одну тысячу рублей на строительство гроба при памятнике, чем нарушили советское законодательство. Франклах и Мостовой с регистрации сняты».
Сразу после войны численность евреев в Крыму быстро возрастала за счет реэвакуированных семей, и во многих местах появились новые религиозные общины: в Евпатории, в Джанкое, в Саках, в пос. Азовском. Вначале уполномоченный настраивал их на подачу заявлений на регистрацию. Однако Совет недвусмысленно дал понять, что этого делать не стоит, и потребовал принятия мер к прекращению их деятельности. В частности, Совет порекомендовал уполномоченному «поставить в известность финорганы на предмет обложения подоходным налогом лиц, сдающих свои квартиры под эти собрания. Опыт показывает, что налоговый пресс в этих случаях является наиболее эффективным».
Другие статьи:
Традиции
Традиционная кухня
У венгров сохранились некоторые кушанья с того отдаленного времени, когда они еще были кочевниками. Таково, например, сваренное в воде в форме горошин и высушенное на солнце или в печи тесто (так называемая тархонья), ...
Бытовая культура французов в произведении Эрве Базена «Семья
Резо»
Эрве Базен уделяет большое внимание описанию мелочей, окружения героев своего произведения, их мыслей, физического и психического состояния. Поэтому создается четкая картина жизни как отдельных представителей французского народа, так и вс ...
Грим в театрах Индии
История возникновения индийского театра очень глубока. Он вырос из ритуалов, танцев и песен, посвященных божествам. Подтверждение этому найденная при раскопках в Индийском городе Мохенджо-Даро бронзовая статуэтка Танцующей девушки, датиру ...